Взгляды и нравы:

Основные положения материалистического учения о д

News image

Материалистическое учение о душе сложилось и развивалось как частьматериалистической философии. Вершиной античного материализма былатомистический материализм, родоначальниками которого являются Демокрит и...

Материалистическое и идеалистическое понимание ду

News image

Изучение душевной жизни подчиняется задачам богословия: показать, какдух человека понемногу возвышается до царства благодати. Вместе с темнакапливается некоторый конкретный материал об...

Философия жизни

News image

Течение в философии кон. 19 — нач. 20 в., выдвигавшее в качестве исходного понятия «жизнь» как основополагающую основу ми...

О трагическом чувстве жизни у людей

News image

В нас ежеминутно рождаются и умирают темные сознания, элементарные души, и эти их рождения и смерти конституируют нашу жизнь. Когда он...

Философия и эзотерика:

Аспект проблемы

Первый философский аспект проблемы в теософских источниках решается на идейной основе буддийской концепции сканд (груп...

Художник, философ, пророк…

135 лет тому назад, 9 октября 1874 года в столичном Санкт-Петербурге появился на свет человек, которому суждено было с...

Авторизация





Граф Сен-Жермен
Магия и пророчества - Пророки и предсказатели

граф сен-жермен

Кем был этот таинственный человек и откуда он пришел? На этот вопрос до сих пор нет ответа. Даты его рождения и смерти неизвестны. Ему приписываются самые невероятные деяния. Фридрих Великий называл его человеком, который не может умереть ; сам же граф заявлял, что прожил на свете две тысячи лет благодаря некому снадобью, способному продлевать жизнь. Он запросто пересказывал свои беседы с царицей Савской и повествовал как очевидец о чудесах, совершенных Христом на свадьбе в Кане Галилейской. Ему были известны сплетни, ходившие при дворе вавилонских царей (правда, эти слухи тысячелетней давности странным образом походили на сплетни, которые были у всех на устах при дворе короля Франции!). В знании европейской истории ему не было равных. Он небрежно упоминал то одно, то другое событие, происходившее в царствование Генриха IV или Франциска I. Одной даме он поведал ее фамильную тайну, которую, по словам Сен-Жермена, сообщил ему предок этой госпожи во время битвы при Мариньяно. Нет нужды добавлять, что дама подтвердила истинность этой истории.

Граф не был ни статен, ни хорош собой; на вид ему можно был дать около сорока лет, но одевался он изысканно. Он был темноволос и всегда улыбчив и жизнерадостен. Одежду его украшали драгоценные камни. Он говорил и писал на греческом, латыни, санскрите, арабском, китайском, французском, немецком, английском, итальянском, португальском и испанском. Эрудиция его казалась сверхъестественной. Кроме того, он был талантливым художником, виртуозно играл на клавесине и скрипке, а своими познаниями в химии далеко превосходил всех современников. Он умел удалять изъяны из бриллиантов; впоследствии это искусство было утрачено. Так, он исправил один из бриллиантов, принадлежавших королю Людовику XV, значительно увеличив тем самым цену камня. Он умел делать алхимическое золото и, разумеется, владел эликсиром жизни. Помимо всего этого, граф был невероятно богат.

Он сочинил несколько коротких опер и песенок; говорили, что он собирает коллекцию картин, отдавая предпочтение полотнам Мурильо и Веласкеса. Кроме того, он заявлял, что изобрел пароход - тот самый пароход, который послужил средством объединения человечества в последующем столетии. Граф Сен-Жермен умел делаться невидимым и вновь являться в зримом облике; об этом свидетельствуют несколько его друзей. Он гипнотизировал других людей и сам умел погружаться в гипнотический транс. Необычными были также его познания в области красителей; художники Латур и Ван Ло тщетно умоляли его открыть им тайны изготовления красок.

Слуги и камердинеры Сен-Жермена рассказывали о своем хозяине самые невероятные истории. Какой-то скептик заявил Роже, дворецкому Сен-Жермена: Твой хозяин - лжец . Роже ответил: Я это знаю не хуже вас. Он всем говорит, что ему четыре тысячи лет. Но я служу у него всего сто лет, а когда поступил к нему на службу, граф говорил, что ему три тысячи. Не знаю, добавил он девятьсот лет по ошибке или и впрямь солгал . Сказки о Сен-Жермене рассказывали не только слуги, но и аристократы. Приехав в Версаль, Сен-Жермен встретил там графиню де Жержи, которая заявила ему: Пятьдесят лет назад я была посланницей в Вене. Я вас видела там и хорошо запомнила. Вы тогда выглядели точь-в-точь как сейчас, разве что чуть постарше! . Композитор Рамо, который тогда уже был стариком, вспоминал, что видел Сен-Жермена в 1701 году. В ту пору граф выглядел лет на пятьдесят, то есть, опять же, был постарше, чем в 1743 году. Король Людовик XV велел поселить Сен-Жермена в Шамборе, и в последующие годы граф имел свободный доступ в личные покои короля.

Попытаемся распутать клубок вымыслов и легенд и обнаружить истинный характер этого мага. Прежде всего, подозрительны слова Фридриха о том, что Сен-Жермен якобы не может умереть. Зачем прусскому королю-скептику понадобилось поддерживать такую фантастическую сказку? Единственное объяснение - что он был в этом заинтересован и действовал по заранее продуманному плану. Сен-Жермен приехал во Францию с французским послом, г-ном Бель-Илем. Людовик принял его благосклонно; он вел образ жизни великосветского человека. Все это заставляет сделать вывод, что Сен-Жермен явился с некой миссией, причем миссией секретной, и что его личность намеренно старались окутать покровами тайны. Слова Фридриха - не единственное тому доказательство. Показное заявление графини Жержи тоже подозрительно. Она ведь была посланницей , т.е. ездила в Вену с дипломатическим поручением. Несомненно, король посвятил в свои тайные планы эту проницательную старую даму. Она была единственной женщиной при дворе, которой можно было доверить столь деликатное дело; а без придворной дамы способствовать распространению фантастических слухов о Сен-Жермене было бы затруднительно. Старика Рамо, вероятно, подвела память - он спутал Сен-Жермена с каким-то другим человеком; впрочем, не исключено, что и он был посвящен в тайну.

Сен-Жермен и сам выдал свою принадлежность к дипломатическим кругам. О ней свидетельствуют его поразительные рассказы об эпизодах политической истории Европы. Он имел доступ к секретным документам и изучал европейскую историю методично и целенаправленно. В остальном же, несмотря на все легенды о его незаурядных способностях, Сен-Жермен был дилетантом. Его оперы весьма посредственны; художник из него также, очевидно, был неважный, поскольку ни одно из его полотен не сохранилось. В ходе своих химических опытов граф изобрел какое-то болеутоляющее, однако рецепт его утерян. Художники Ван Ло и Латур, наверное, льстили ему, зная, что для дилетанта нет ничего приятнее, чем похвала профессионала.

Познания Сен-Жермена в языках были бы достойны удивления; однако и эта его способность небесспорна. Один свидетель утверждает, что в какую бы страну ни приезжал граф, везде его принимали за местного уроженца; а это означало, что он в совершенстве владел самыми разными языками. Но возникает вопрос: кто подтвердит этот факт в Китае, где Сен-Жермен, по своим собственным заверениям, бывал неоднократно? А как насчет санскрита? И если все эти языки он знал в совершенстве, то почему, как сообщают многие очевидцы, во Франции он говорил только по-французски и с заметным иностранным акцентом?

Все легенды о Сен-Жермене изобиловали преувеличениями, а короли Пруссии и Франции только способствовали этим слухам. И превращать неблагородные металлы в золото Сен-Жермен мог едва ли. Знаменитый Казанова, посетивший Сен-Жермена в Гааге, записал следующую историю. Граф алхимическим путем превратил серебряный слиток в золотой. Казанова заявил, что не верит в трансмутацию и что это всего лишь ловкость рук. Граф вежливо выпроводил гостя из дому и впредь не принимал его. Не разумнее ли было дать неопровержимое доказательство своего искусства, чем оскорблять человека лишь за то, что он не поверил в невероятное? Что же касается королевского бриллианта, то известно, что Сен-Жермен держал его у себя целый месяц. За это время он без труда мог передать его в Амстердам, где у графа было множество родственников, и обменять на камень такой же огранки и величины. Возможно, Сен-Жермен хотел убедить короля, что не все легенды о нем - вымысел, и за эту мистификацию он готов был заплатить любую сумму, необходимую для обмена неравноценных бриллиантов. Наконец, сомнительна и коллекция ценных картин, обладание которой приписывали графу. У знаменитых произведений искусства есть история и родословная, и, насколько нам известно, ни одно из полотен Веласкеса или Мурильо не могло побывать в руках Сен-Жермена.

Судя по всему, граф был чересчур занят делами, которые не позволили бы ему тратить время на коллекции и путешествия в Китай. По-видимому, он и в самом деле часто ездил на восток, но не дальше Берлина, где Фридрих ожидал его отчетов, или Вены, где находился штаб розенкрейцеров. То, что Сен-Жермен находился на службе Фридриха, несомненно. Почти с такой же уверенностью можно утверждать, что он принимал поручения и от братства Розы и Креста. Но как ему удавалось совмещать интересы этих двух заказчиков? Чтобы ответить на этот вопрос, нам придется перейти в область чистых догадок, однако не столь фантастических, как большинство легенд о таинственном графе. Самые известные кружки немецких розенкрейцеров были консервативны: они по-прежнему отстаивали политический идеал Иоганна Валентина Андреа. Это означало, что они были сторонниками монархии, поборниками германской гегемонии в Европе и противниками папы. Такая программа едва ли могла бы вызвать недовольство Фридриха. Он ведь хотел ослабить Францию, и условия для этого складывались самые благоприятные. При этом ни Фридрих, ни розенкрейцеры вовсе не стремились к уничтожению французской монархии, но невольно способствовали ее грядущему падению.

Во времена Людовика XV положении Франции было тяжелым, но не отчаянным. Талантливый министр иностранных дел, герцог де Шуазель, продолжал политику покойного Людовика XIV, нацеленную на ослабление Пруссии. Но в обычаях Людовика XV было улаживать некоторые вопросы самостоятельно, не советуясь с министрами. Переговоры с Сен-Жерменом он вел втайне. Бессмертного графа ему отрекомендовали как чудотворца; тому удалось заинтересовать короля трансмутациями, и они часто встречались наедине в алхимической лаборатории Людовика. Но Шуазель относился к герметическим штудиям своего государя с недоверием и вскоре начал подозревать графа Сен-Жермена в нечистой игре. Осторожно наведя справки, министр установил, что никаких средств из-за границы Сен-Жермену не поступает. Следовательно, крупные суммы граф получал из какого-то источника в пределах Франции, возможно, из германского посольства или из масонской казны.

Подрывная деятельность Сен-Жермена вышла на свет, когда граф неожиданно объявился в Голландии, где попытался выступить посредником в переговорах с правительством о заключении мира с Англией. По-видимому, это была его собственная инициатива, поскольку о ней не знали ни д'Аффри, французский посол в Нидерландах, ни Шуазель. Оба, естественно, не могли одобрить такой шаг. Д'Аффри пожаловался на эти события Казанове и направил его к графу. Вместо того, чтобы принять визит Казановы всерьез, Сен-Жермен, по своему обыкновению, разыграл великого кудесника. А на вопрос Казановы, что он делает в Голландии, граф ответил, что собирается вести переговоры о выдаче Франции крупного займа. Проницательный Казанова почуял в Сен-Жермене родную душу и пригласил его на обед. Но граф отказался, объяснив, что никогда не обедает с посторонними людьми и питается только особыми пилюлями, хлебом, овсяной крупой и тому подобным (что, кстати, была чистой правдой).

Шуазель не пожелал терпеть подобных уверток и предписал д'Аффри арестовать Сен-Жермена. Но нидерландские власти отказались выдать графа. Людовик XV официально отрекся от своего агента, но это была лишь формальность, ибо спустя несколько дней мадам д'Юрфе встретила Сен-Жермена в Булонском лесу. В волнении она бросилась к Шуазелю, но тот спокойно сообщил ей, что Сен-Жермен провел всю ночь в его кабинете. Это означало, что хранить тайну уже не представлялось возможным и Людовик велел Сен-Жермену поделиться секретными планами с министром. Зная, что Англия поддерживает Пруссию, Шуазель отнесся к этим планам неодобрительно и не пожелал иметь дело с Сен-Жерменом. Но Людовик оставил его на службе как шпиона. В этом качестве граф совершил поездки в Германию и Россию. Вскоре после его прибытия в Россию царь отказался от профранцузской политики и заключил союз с Фридрихом.

Незадолго до отъезда из Франции граф предстал перед Людовиком, чтобы ответить на его вопросы о некоем таинственном преступлении. Детали этого преступления были известны только Сен-Жермену, и он согласился раскрыть их при одном условии. Сир, - сказал он, - станьте розенкрейцером, и я все вам расскажу . Если бы Людовик принял это предложение, возможно, ему удалось бы спасти свою династию. Но времени оставалось в обрез; принимать активные меры было уже слишком поздно, а Сен-Жермен старел вопреки своему бессмертию . Когда на трон взошел Людовик XVI, таинственный посланец розенкрейцеров еще раз объявился во Франции. Отчаянно, но безуспешно он пытался привлечь на свою сторону нового монарха. Его послали спасти трон и королевскую семью; но, совершив последнюю попытку убедить Марию-Антуанетту, Сен-Жермен вынужден был покинуть Париж ни с чем. Он понимал, что излишней настойчивостью может лишь навлечь на себя подозрения в работе на врага. Министр Марепо уже шел по его следу, и задержаться во Франции означало угодить в тюрьму. Все заставы строго охранялись, но графу удалось бежать в Германию, где он поселился при дворе ландграфа Гессен-Кассельского, страстного алхимика. Только здесь он сознался, что ему восемьдесят восемь лет. Скончался он скоропостижно, в отсутствие ландграфа, на руках двух горничных.

Но несмотря на известие о его смерти, графа по-прежнему встречали то в одном, то в другом городе. После падения Бастилии Мария-Антуанетта получила анонимное письмо: Окажите энергичное сопротивление. Больше никаких интриг. Уничтожьте предлог, которым пользуются мятежники, - отдалите от себя людей, в которых вы больше не нуждаетесь. Откажитесь от услуг Полиньяка и ему подобных. Они все дали клятву верности убийцам, от рук которых только что пали офицеры Бастилии... В тот же час получила письмо и мадам Адамар, наперсница Марии-Антуанетты: Все пропало. Вы свидетельница, что я сделал все, бывшее в моих силах, чтобы изменить ход событий. Мною пренебрегли. Слишком поздно. Я хотел посмотреть на дело, которое сработал этот дьявол Калиостро. Поистине дьявольское дело! ... Обещаю встретиться с вами; но не требуйте от меня ничего. Я не в силах помочь ни королю, ни королеве, ни королевской семье... Оба письма были написаны рукой Сен-Жермена.

Мадам Адамар отправилась на рандеву с графом, умершим пять лет назад. Они встретились в часовне. Сен-Жермен, понимая, что эта придворная дама не посвящена в его тайны, вернулся к старым сказкам, - впрочем, главным образом лишь для того, чтобы скрыть обуревавшие его чувства. Он только что прибыл из Японии и, клянусь Юпитером, какой опасности они подвергли политику Людовика XIV! Вы не можете всего этого знать, мадам, но я-то видел с самого начала!.. Сен-Жермен объявлялся еще неоднократно. Во время революции его то и дело видели в Париже, и нередко - прямо на Гревской площади, где стояла гильотина. Он ведь говорил, что хочет посмотреть на дьявольское дело , начатое его учеником, Калиостро.

Но антимонархист и великий маг Калиостро был арестован в том же году в Риме и брошен в застенки святой инквизиции. Незадолго до ареста он направил письмо в Национальное собрание, умоляя дозволить ему въезд во Францию, - ведь он столько сделал ради свободы этого народа . Просьба его осталась без ответа. Не нужно быть ясновидцем, чтобы понять, насколько терпеливо инквизиция выслеживала свою добычу. Калиостро был обречен. Его выдворили из всех итальянских княжеств и, в конце концов, поймали в Риме.

За свою жизнь Калиостро исцелил с помощью магии сотни людей. Его дом в Страсбурге вечно осаждали калеки, которым он возвращал здоровье. Он истратил на милостыню целое состояние. Он основал множество лож, члены которых выполняли его обряды и следовали его предписаниям. В свою защиту он заявил: Миллион европейцев верит в основанный мною Египетский обряд . Но теперь он был одинок, все покинули его. Отчаянно пытаясь спастись от инквизиции, он решил обратиться ко всем Египетским ложам, дабы те прислали в Рим своих делегатов. Этим эмиссарам предстояло устроить ему побег после ареста, при необходимости устроив пожар в Кастелло или в другой тюрьме, в которую его заточили бы. Но Калиостро доверил бумаги с изложением этого проекта двум недостойным людям, которые тотчас же выдали его инквизиции.

 


Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Древний эзотеризм:

Халдеи

News image

ХАЛДЕИ (мн., ивр. KAS'DIM, греч. `oi chaldaioi) были очередным семитским племенем, давно обитавшим в Междуречье

Ранние эпохи

News image

Еще одной иллюстрацией действенности прецессионной хронологии может служить старинная традиция присвоения архетипам планет определенных ме...

Гадание на картах

News image

Французский богослов и оккультист КУР ДЕ ЖЕБЛЕН (Антуан Курт де-Гебелин, Court de Gebelin, 1725-1784) был членом масонской ложи Девяти се...

Отменил ли Иисус Христос закон Моисея?

News image

В экзотерических христианских кругах часто можно услышать мысль о том, что с приходом Христа закон Моисея перестал иметь свое действие, чт...